Кислород для души

Фото: ru.pravoslavie.bgЕсли мы знакомы с каким-нибудь известным политиком, мы говорим: “А я знаком с таким-то!” Если хотим найти нашему сыну работу в каком-нибудь стабильном банке, то говорим, что у нас есть “наш человек” там. Гордимся этим и считаем, что эти знакомства ставят нас в привилегированное положение по сравнению с другими. А ведь вместо того, чтобы хвалиться теми, кого мы знаем, нам надо верить и радоваться тому, что находимся под защитой не какой-нибудь там “важной личности”, а святых, наших защитников. Именно они становятся заступниками за все прошения нашего сердца к Богу.

Молитва – это наша постоянно ”открытая линия” с Богом. Давайте посмотрим, как бывает, когда мы просим помощи у какого-нибудь важного лица: встречаемся, чтобы поговорить с ним – раз, но если будем продолжать и в дальнейшем со своими просьбами, это надоест ему и оно скажет нам: “Чего тебе опять надо?! У меня нет времени на тебя!” Даже если не скажет этого прямо, то покажет его так или иначе – и раз, и два… Будем искать этого важного человека по телефону и он просто не ответит нам. Бог, однако, любит, когда мы Его ”утомляем” молитвами. В Писании сказано – все время стучитесь, не уставайте стучаться, стойте на пороге Божьей любви и ищите Его милости. Не давайте себе покоя, не останавливайтесь! Это процесс, который не имеет конца.

Что такое молитва? Память о Боге, и если мы живем по-евангельски, то вся наша жизнь будет молитвой. Мы много говорим о том, что у нас нет времени молиться, но когда, к примеру, мы дома и заняты каким-нибудь делом, а наш ум пребывает в Боге, в Его великой милости, и когда мы пытаемся исправить свои дурные помыслы, это тоже молитва. Когда делаем что-нибудь из любви, это тоже молитва. Молитва есть всегда, когда мы помним Бога, когда душа восходит к своему Творцу, когда творение разговаривает непосредственно с Богом. Мы, земные люди, имеем в своем распоряжении эту великую привилегию, это великое оружие и… не пользуемся им, к сожалению. Представьте только: иметь право разговаривать с Богом!

Молитва – это дыхание души, дыхание живой христианской веры. Когда в материальном теле останавливается дыхание, тело умирает. Точно так же если у верующего христианина иссякает молитва, это знак, что вера человека мертва. Молитва – проявление веры в Бога и поэтому она жизненно необходима. Человек слаб и нуждается в помощи, которую дает ему только Бог: в любой трудный момент, в скорби и боли мы прибегаем к Богу и просим Его поддержать нас.

Св. Григорий Богослов говорит, что молитвой мы переносимся к Богу. Надо молиться не только в моменты скорби и боли, но и тогда, когда нам хорошо, когда жизнь наша спокойна и в ней нет больших бурь. Вы скажете: “Разве это бывает часто?!” Нет, не так уж часто. Это бывает в те моменты, когда нам хорошо, когда наша жизнь покоится в малой и тихой пристани, без больших испытаний и трудностей. Когда приходят большие трудности, тогда мы понимаем, где были на самом деле, и сознаем, что не ценили как следует тот покой, который у нас был, ту благость, которую Бог проявлял к нам. Очень важно, как говорит старец Паисий, когда нам хорошо, разделять эту радость с Богом и говорить Ему: “Спасибо Тебе за то, что мне хорошо! Спасибо за то, что у детей все хорошо! Спасибо Тебе за то, что среди трудностей ты даешь нам силы нести наши кресты – малые и большие, ежедневные, недельные, годовые, пожизненные кресты, те, которые Твоя любовь возложила на нас!”

Как важно разделять эту нашу радость жизни с Богом! Матушка Гавриила говорит, что нам, людям, легко помнить Бога в нашей скорби и возносить тогда молитвы к Нему; но сколько раз мы помолились, говоря ”Спасибо Тебе”? Разумеется, тексты Церкви показывают нам, как надо молиться. Господняя молитва – превосходное руководство, она говорит нам, как надо молиться и чего надо просить у Бога. В духовных прошениях есть иерархия: в начале мы говорим: “да приидет царствие Твое, да будет воля Твоя, да будет Божья воля”. Но на самом-то деле сколько раз, когда молимся, мы от всей глубины своего сердца говорим: “Да будет воля Твоя”?!… Сколько раз? Боимся, что Божья воля причинит нам боль. Но Бог никогда не желает нам зла. Божья воля всегда наилучшая, но мы боимся сказать себе это.

Как-то у моего близкого человека была серьезная проблема со здоровьем. Я пошел к иконе Пресвятой Богородицы, отслужил молебный канон и в конце сказал: “Пресвятая Богородице, вылечи его! Верни ему здоровье!” После этого мне вдруг пришло в голову: “Ну ладно, Богородица вылечит его, но будет ли это полезным для него?” И если Бог хочет взять его к Себе, то не следует ли говорить: “Да будет воля Твоя! Да свершится то, чего хочет Твоя любовь – лучшее для него и его души”?… И я подумал: “А что, если Божья воля в том, чтобы он умер?” Я очень страдал за него. Думаю, что мы все в определенные моменты переживали это, проходили через подобные колебания и страхи. И тогда я сказал Пресвятой Богородице: “Да, да будет воля Божья!”, но как-то тихо, словно хотел, чтобы Она услышала, но услышала не очень ясно. Рассказываю вам этот случай из своей жизни и думаю, что он выражает что-то знакомое для всех нас – наши попытки играть в прятки с Богом. Вместо этого нам надо иметь в себе то детское доверие и простоту, когда оставляешь себя в руках Божьих, как Христос в Гефсимании предал Себя в руки Отца и сказал: “Да будет воля Твоя!” Как трудно и как важно поступать так. Вот почему молитва – живое дело, а не действие, которое мы совершаем механически в церкви, чтобы уйти потом оттуда.

Разумеется, будьте внимательны, потому что дьявол иногда хочет обмануть нас, говоря: ”Раз ты ничего не понимаешь, то перестань молиться!” Это неверно, потому что дьявол ненавидит даже механическую молитву, хочет прервать ее и потому нашептывает: “Нет, не молись, раз молишься не сердцем, перестань молиться!” Да, но если ты молишься, даже и механически, то существует вероятность, что когда-нибудь ты пробудишься и твоя молитва станет сознательной, а если ты вообше не молишься, это будет очень трудно – охладевшее сердце трудно может согреться духовно.

Один человек пришел к старцу Сампсону и сказал ему: “Читаю Псалтирь и не понимаю, что написано там!”, а старец ответил: “Ничего! Дьявол-то понимает!” Когда мы молимся, знайте, что вокруг нас наступает война – против нас выступают демоны, а также наши ежедневные заботы. Поэтому неслучайно, что на Херувимской мы молимся не о том, чтобы нас оставили искушения, трудности, проблемы, а о житейских попечениях. Почему? Да потому что от искушений и трудностей можно на время отрешиться, но в этот час искуситель делает свое коварное дело, ставя перед нами все те ежедневные задачи, которыми мы заняты – надо готовить, делать работу по дому… это не плохие вещи сами по себе, но именно поэтому в данный момент они коварны – если у человека дурной помысел, он легче обличает самого себя и не позволяет своему уму реять где-то. Но наши eжедневные дела – это самый удобный шанс для искусителя, ибо он берет нас и буквально диктует нам: ”Сделаешь то-то и то-то, пойдешь в больницу навестить больного, это все благие дела!” Так дьявол добивается того, чего хочет: не оставляет тебя помолиться ни на миг и найти покой для своей души в Боге.

Святитель Иоанн Златоуст говорит: ”Молитва – великое оружие, если совершается с тем расположением, как подобает. Она – большое оружие, если человек пользуется ею так, как подобает”.

Молитва – большое оружие и утешение, она – сокровище, пристанище, священное и неприкосновенное място. Костас Ганотис сказал очень хорошо: “Когда мы отправляемся утром на работу, мы даже не крестимся, не целуем икон, не говорим ни “Отче наш”, ни “Царю Небесный”, ничего. Входим в машину и словно попадаем на арену среди диких зверей. Выходим на арену невооруженные, голые, а требуем, чтобы с нами ничего не случилось, никакого зла, и если оно случится, говорим: “Боже, почему Ты допустил это?” А ты как вооружился, как укрепился?”

Молитва – непобедимое оружие, так же как и крест, который мы носим на себе. Они – память о Боге. Крест – это не украшение, не безделица, которая висит на нашей шее, он – сознательная вера и точнее связь с нашей верой. Когда мы просыпаемся утром, мы не даем себе отчета в том, что именно Бог разбудил нас, что сон – это наполовину смерть. Всякий раз, когда мы готовимся ко сну, надо подумать о том, что завтрашнего дня мы, может быть, и не увидим. Хорошо бы спросить себя, что мы сделали до сего времени, по каким счетам мы не заплатили – так нам говорят наши святые. Вот почему, когда кончается повечерие, отцы кланяются друг другу – потому что не знают, даст ли Бог увидеть следующий день.

Как это важно – молиться! Святой апостол Павел, как и Сам Господь, говорят о непрестанной молитве, о постоянной молитве. Как можно осуществить это? Живя в постоянной памяти о Боге. Надо всегда помнить Бога, даже и особенно в ежедневных занятиях. Когда, например, вы моете тарелки, можете слушать церковные песнопения. Когда убираете свой дом, говорите Иисусову молитву. Постоянно. Так дьявол не найдет места у вас. Потому что ум человека, как говорит старец Паисий, похож на фабрику – то, что ты ему дашь в качестве основного материала, то он и производит. То есть если с утра мы сменили все телеканалы, наслушались сплетен, то вполне естественно наш ум “родит” те мысли, которыми его накормили. Зло “заразно”, оно “прилипает”, подобно тому, как человек, посетивший вонючее место, пропитывается сам этой вонью. То же бывает и в духовной жизни. Поэтому исключительно важно орошать ниву нашего ума добрыми помыслами и, естественно, молитвой.

Святитель Иоанн Златоуст продолжает: “Молитва – это прибежище, Сам Господь стал Прибежищем для бедного и несчастного. Ничто не может сравниться с молитвой, с этим прибежищем и в отношении легкости и в отношении безопасности”.

Святитель Иоанн говорит, что осуждение – самый легкий грех, который можно совершить, ибо чтобы совершить другие грехи, человек должен обойти землю, подняться на вершину горы и Бог знает куда еще, а для осуждения не надо многого – только шевеление языка и весь мир мертв. Для молитвы, однако, нужна сердечная искра. Св. Исаак Сирин тоже дает ответ на вопрос, что такое молитва: “Она – язык ангелов, ибо занятие ангелов – славословить Бога, молиться. Вот почему монахи именуются равноангельными: их дело – постоянно славословить Бога, их жизнь – подражание ангелам”.

“Молитва – это стена, оружие, средство для очищения души. Она умывает нашу душу, она избавление от грехов, она источник бесчисленных благ, она ничто иное как диалог с Богом и собеседование с Ним. Кто может быть счастливее человека, который говорит с Богом? Молитва – большое благо, ибо если тот, кто говорит с добродетельным человеком, получает большую пользу от него, то насколько большими благами насладится тот, кто удостаивается говорить с Богом, ведь молитва – это разговор с Ним?!.. Молитва – это лекарство, но если мы не умеем пользоваться им, то не будем иметь пользы от него”.

Молитва очень необходима для начинающих жить духовной жизнью, но и для людей, продвинувшихся в ней. Среди святых мы не найдем никого, кто не был бы человеком молитвы.

Поскольку мы говорим, что молитва – это диалог с Богом, кто-нибудь может спросить: “Как же осуществляется этот диалог, если только я говорю Ему, а Он не отвечает мне?” В молитве мы слышим Бога в нашем сердце. Когда кончаешь молиться, ты чувствуешь, что Бог говорил тебе. Ты не слышал голоса и не видел посланного Богом ангела, но в своем сердце ты ощущаешь, что получил весть с неба, что молился не “на ветер”, а живому Богу. Важно иметь в виду и то, что говорит один старец в своей книге о достижении этого диалога: “Думаю, что этот диалог достигается так: мы говорим Богу через молитву, а Он говорит нам через духовное чтение”. Сколько раз мы получали ответы на важные духовные, но и ежедневные вопросы, прочитав какую-нибудь духовную книгу или же Священное Писание? Не случайно в молитву и в ежедневное правило многих монахов, особенно русских (например у св. Серафима Саровского), но и афонских, включается чтение Четвероевангелия или Псалтири. Духовное чтение превращается в молитву – человек молится, читая Псалтирь, но и читая Псалтирь, молится.

Часто осознание молитвенных слов становится более глубоким, когда мы произносим молитву слово за словом. Уверяю вас. Например, “Помилуй мя, Боже, по милости Твоей!” Скажите эти слова очень медленно и перед вами раскроется совсем новая молитва, как будто вы слышите ее в первый раз. Все остальное – механический акт, записанный в нашем мозгу, но не перешедший в сердце. Важно, чтобы молитва наша стала сердечной, чтобы молилось сердце. Вот почему святые не смотрели на часы в храме, они не насыщались говорить Богу. Если мы чувствуем усталость на молитве, это бывает потому, что у нас нет любви. Если бы у нас была любовь и мы чувствовали это внутреннее горение сердца – что стоим перед Богом в этот момент и говорим Ему – то тогда бы не было и следа усталости. Когда стоишь перед великим человеком, что делаешь? Неужели будешь посматривать на часы, пока говоришь с ним? Нет, конечно! Почему же тогда в то время как ты стоишь перед Богом и ангелы сходят с неба, ты поворачиваешься спиной и заговариваешь с другим?!…

Молитва – это наша великая привилегия, она – кислород, дыхание и нерв нашего бытия. Без молитвы мы не можем ощущать себя Божьими детьми, без нее мы будем душевно пустыми. Человек понимает это, когда молится непрестанно. Если при этом он вдруг остановится или же не помолится в какой-нибудь день, он почувствует, что что-то не так. Даже если не пойдет в одно воскресенье в церковь, вся неделя у него пропадет, потому что именно молитва питает и орошает корни нашей души.

“Человек, который не молится, забывает небо, будущее, и прилепляется к земле, к настоящему. Душа не молящегося человека или того, кто перестал общаться с Богом, страдает и мучается от острой сердечной боли, как ребенок, которого насильственно оторвали от груди матери. Молитва – это плод веры, она рождает любовь, она укрепляется и орошается покаянием и послушанием”.

Мы уже говорили, что добродетели похожи на цепь – одна не может без другой. Как когда мы оставляем нашу душу без охраны, в сердце входит искушение, и в свою очередь открывает дверь для других искушений, так и здесь: если человек полюбит одну добродетель, он не может не исполниться всем богатством добродетелей. Не можешь говорить, что любишь Бога, если тебе не нравится общение с Ним.

“Молитва – это труд будущего века”. То есть она – то, что останется, когда все остальное прейдет, когда все исчезнет и наступит царствие Божие – там будет существовать только слава и созерцание красоты Божьего лица, вечное славословие.

“Она – духовный опыт нашего православного предания. Успех в духовной жизни, но и в миссионерском служении, плод нашей церковной жизни зависит от качества, но и от количества молитвы”. То есть от того, как и сколько мы молимся. Мы часто даем абстрактные ответы и говорим “немного, но хорошо”, т. е. молимся немного, но хорошим образом. Откуда мы делаем это заключение, что молимся хорошо? Это не так легко, сердце ведь не кнопка – нажмешь ее и начинаешь молиться. Нужно время, молитва требует тепла, поэтому и старец Паисий говорит: “Ты идешь молиться? Подготовься священнодейственным образом к молитве – запри келью, закрой дверь, то есть душа должна подготовиться”. Святые не меняли время, посвященное молитве Богу, ни на что другое, они выбирали наилучшее время для молитвы. Мы в Церкви должны стремиться к неустанной молитве, как говорит апостол: “неустанно молитесь”. Естественно, неустанную молитву не следует понимать как постоянное стояние и чтение молитв, а как постоянное посвящение Богу, направленность ума на божественное. Это значит, что Бог никогда не должен отсутствать из нашего ума и сердца. Надо молится всей своей жизнью.

Пусть наш день будет полон молитвой, как ночь полна звезд, говорил один старец. Враг нашего спасения знает, чего стоит молитва, гораздо лучше нас. Потому-то он и всеми способами старается помешать нам приступить к ней. Прежде чем мы помолимся, он ставит большие препятствия перед нами – усталость, желание спать… Вы видели во время бдений, как все зеваем, чувствуем неодолимую усталость, словно перед этим трудились в поле. Все мы усталые, но как только бдение кончается, мы чувствуем себя бодрыми, потому что брань кончилась.

Надо подвизаться. Вспоминаю историю одной женщины, которая во время бдения в одном монастыре смотрела с негодованием на пожилую монахиню, спавшую в храме, поскольку была утомлена послушаниями. Женщина пошла и сказала об этом епископу, а он ответил ей очень интересно: „Она могла бы спать и в своей постели, но боролась и в этот час, хотя была побеждена; т. е. она могла бы сдаться и быть в постели, но стояла на бдении, пока мы спали”.

Молитва не утомляет, а дает отдых. Если она тебя утомляет, это значит, что что-то не так. Ты должен ожидать молитву точно так же как после напряженного дня с тяжелыми сумками в руках ты с нетерпением ждешь, что вернешься в свой уютный теплый дом. То есть мы должны жаждать молитвы как убежища, как уголка у духовного очага, который один может утешить нас. Надо находить покой в молитве, она разгружает. Она – наилучший и самый плодотворный способ проводить время. Не надо думать, что когда мы молимся, мы не делаем ничего, потому что в действительности мы делаем все. Будем помнить, что когда наш Господь говорит нам, что можем сказать горе сдвинуться в море и это действительно произойдет, то Он говорит не о силе мускулов, а о силе веры и молитвы…

Архимандрит Ефрем (Панаусис)
Православие.БГ

Просмотрено (35) раз

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *